Без запрещённого — не обойтись...

 

Как стало известно “Ъ”, Минцифры ищет возможность сохранить на рынке и в библиотечном фонде те книги авторов-иноагентов и нежелательных организаций, что были изданы до присвоения этих статусов. В противном случае муниципальным библиотекам нужно будет исключить из доступа от 50% до 70% своего фонда, говорится в докладе ведомства. Опрошенные “Ъ” эксперты указывают, что действующие законодательные запреты «создают проблемы для развития образовательной и просветительской деятельности». Источник “Ъ” в администрации президента сообщил, что инициатива Минцифры находится на стадии межведомственного обсуждения и «готового решения пока нет»

Занятно.

Не является большой тайной (или уже является?), что в своё время наше уважаемое государство приложило немало усилий для... как бы это сказать помягче... популяризации многих авторов, ставших позже авторами-иноагентами.

Вспомнить хоть того же Акунина (физическое лицо, включенное на территории Российской Федерации в Список Экстремистов и Террористов и признанное физическим лицом, выполняющим функции Иностранного Агента); фильмы, снятые по его произведениям, показывали по «Первому каналу», а в съёмках принимали участие мастера культуры самой первой величины, вплоть до самого Михалкова.

Но Акунин (физическое лицо, включенное на территории Российской Федерации в Список Экстремистов и Террористов и признанное физическим лицом, выполняющим функции Иностранного Агента), по крайней мере, в школьную программу не входил... разве что в качестве внеклассного чтения, и только кое-где. А вот есть Липсиц (физическое лицо, признанное на территории РФ физическим лицом, выполняющим функции Иностранного Агента) — он именно что в школьной программе был.

В общем, был определённый государственный курс. В соответствии с ним выстраивались образовательные программы, — и издавалась литература, основная и дополнительная, вплоть до художественно-иллюстративной.

А потом — всё изменилось. И люди, имевшие отношение к прежнему курсу, — в том числе самое непосредственное, — бросились искать себе место в ново реальности. И, в итоге, поспособствовали наложению запрета на значительную часть того, что сами же выстроили.

После чего... пришло понимание. Оказалось вдруг, что «действующие законодательные запреты «создают проблемы для развития образовательной и просветительской деятельности»», — ведь если все новейшие ограничения применять последовательно, «муниципальным библиотекам нужно будет исключить из доступа от 50% до 70% своего фонда».

А других образовательных и просветительских программ нет... потому что никто не ставил задачу менять существующие. Суть существующих программ всех устраивает, — но как-то так получилось, что обосновывается эта самая суть с помощью... материалов, оказавшихся под запретом.