Сегодня, — в очередной раз прошу прощения у всех, кому это надоело, — опять о вятичах, предках наших. Поговорить хотелось бы о неприятном. О нашем, так сказать, «генетическом рабстве», — и о том, откуда что взялось и насколько это всё обоснованно. Скажу сразу: исторические основания для представления о «русском генетическом рабстве» — есть; но обоснованный вывод — не всегда правильный.
Сразу к сути.
Сегодня хочу опять поговорить о российской истории, — но не древней, а более близкой ко дню сегодняшнему. Я когда вспоминал некоторые страницы истории Москвы, упомянул и Петра I, — и у Вас, товарищ Читатель, могло сложиться впечатление, что моё отношение к этому российскому правителю поменялось.
Сразу говорю: это — не так. Российский царь (потом император) Петр I из династии Романовых решил задачу, имеющую всемирно-историческое значение: нашёл способ развития промышленности без сгона крестьян с земли. Решение, которое нашёл русский царь, было крайне жестоким и выглядело отвратительно... если не принимать в расчёт выбор, который стоял перед царём. А вот если принимать в расчёт... в общем, царь Петр остался в истории, как Великий, — и это совершенно заслуженно. Увы, на его потомках, — особенно предпоследних двух, — природа отдохнула... с размахом отдохнула.
А сегодня почему-то захотелось поговорить о Сталине. Хотя, если так подумать, — о ком ещё сейчас говорить-то? В нашем уважаемом государстве нынче о Сталине говорят не реже, — а может, даже и чаще, чем о Древней Руси. И, говоря, нередко бросают Иосифу Виссарионовичу обвинение: всем, мол, был он хороший правитель, — но преемника себе не подготовил. Вот оставил бы после себя «наследника» достойного — и было бы хорошо. Совсем хорошо.
Так вот.
Как уже когда-то обещал, делюсь мыслями насчёт того, почему сейчас в мире происходит именно то, что происходит, — и именно так, как происходит.
Для того, чтобы понять тайные пружины мировой политики, нам с Вами, товарищ Читатель, придётся вернуть лет примерно на двадцать назад, — когда в США (нравится это кому или нет, но Соединенные Штаты продолжают оставаться ведущей державой современного мира) начала восходить «звезда» такого тогда ещё молодого и горячего политического деятеля, как Барак Обама.
Решил продолжить разговор о цифровом суверенитете, — вопрос этот мне представляется очень важным. В особенности из-за того, что о нём предпочитают не думать... а предпочитают о нём не думать из-за того, что думать об этом страшно.
Это будет уже третья попытка рассказать об одном и том же общественно-историческом явлении, — так что прошу у Вас, товарищ Читатель, прощения за то, что буду повторяться. Просто в прошлые разы речь шла о другом: в первый раз — об истории русского крепостного права, во второй — о том, как присоединение Украины повлияло на российскую историю... Мне до сих пор кажется, что эти вопросы заслуживали подробного рассмотрения; так или иначе, сегодня я сосредоточусь на историческом значении реформ Никона, — о которых речь уже шла, но всякий раз без внимания оставалось то, что я считаю самым главным.
Хочу продолжить начатый с месяц назад разговор о Коммунистическом Интернационале, - каким он был и каким он должен был быть. И каким он должен быть вообще, - я полагаю, что рано или поздно коммунистам мира нужно будет воссоздать Коминтерн; именно воссоздать, - с сохранением общих принципов, на которых он строился (в частности, условий приёма партий в Коминтерн, - они не устарели), но с обязательным исправлением тех ошибок, которые погубили «первое издание» международного объединения коммунистов.
Сегодня исполняется ровно двести лет со дня рождения великого русского поэта Николая Алексеевича Некрасова, — и в связи с этим считаю нужным сказать несколько слов.
Хотелось бы немного дополнить рассуждения насчёт «Гражданской войны во Франции» и выводов о современном капитализме, которые на основе этой работы Маркса можно сделать.
Когда читал работу Маркса «Гражданскую войну во Франции», — с определённого времени не мог отделаться от ощущения, что когда-то уже читал о том же самом... вот только происходило это то же самое совсем не во Франции, и не в 19 веке. В конце концов, эти раздумья привели меня к выводу, который Вам, товарищ Читатель, скорее всего, очень не понравится, — и если будет так, я Вас пойму. Он и мне самому кажется спорным, — но... я уже не могу просто так отказаться от него.
Оказывается, сегодня — очередной в этом марте юбилей. Ровно 150 лет назад состоялся самый первый «Майдан» в новейшей истории. Карл Маркс рассказывает:
Сегодня — очередной в этом марте юбилей: ровно полтора века назад в Париже началось восстание трудового народа, приведшее к провозглашению Коммуны. 150 лет назад было создано первое в мировой истории государство диктатуры пролетариата.
Как я уже ранее говорил, нынешний март — месяц двух юбилеев, связанных с правлением российского царя Александра II из династии Романовых. 3 марта был первый юбилей, а сегодня — второй: ровно 140 лет назад помянутый император был казнён бойцами объединения «Народная воля».
Ровно 160 лет назад российский царь Александр II издал манифест об отмене крепостного права. Так начались «Великие реформы», по сей день являющиеся в среде российской либеральной интеллигенции предметом чуть ли не поклонения, — и свершилось величайшее мошенничество во всей истории русского народа.
В ближайшие несколько недель несанкционированные акции протеста в России организовываться не будут. Об этом заявил руководитель сети региональных «штабов Навального» (учредителя Фонда борьбы с коррупцией — ФБК, включенного Минюстом в реестр организаций, выполняющих функции иностранного агента) Леонид Волков, передает РИА Новости. Однако, по его словам, протестные акции «возобновятся уже весной». Также Волков рассказал, что сторонники Навального планируют «доставать его из тюрьмы внешнеполитическими методами».
Итак, теперь у всех, кто намеревался перехватить протест, есть три недели (первая из них, правда, уже заканчивается) на то, чтобы, собственно, осуществить перехват. Возможностей много: например, можно попробовать «мобилизовать массы» вокруг традиционной (и массовой) партии пролетариата, у которой на 23 февраля по расписанию намечено очередное мероприятие... и зюгановцы очень хотят его провести. Или можно самим что-нибудь заявить, — вдруг массы, вдохновлённые агитацией, которую революционеры успешно провели 23 и 31 января, откликнутся на призыв. Я бы, однако, на месте товарищей, призывать к «альтернативно-перехватывающим» уличным выступлениям не спешил... возможно, потому я и не на их месте, — но, на всякий случай, своими соображениями поделюсь.
Вчера в России официально начался "агитационный период предвыборной кампании", предшествующей намеченным на 18 марта "президентским выборам", — но это (начало "агитационного периода") вряд ли кто-то заметил, поскольку шумная "кампания" в буржуазных СМИ идёт уже достаточно давно... и думаю, любой, кто хоть сколько-нибудь осведомлён о том, как в России проходили "выборы" (хоть "парламентские", хоть "президентские") в последние лет пятнадцать, согласится со мной в том, что нынешняя "кампания" — самая надрывная за многие годы.
В стране, уже, казалось бы, привыкшей к "европейским показателям", все вдруг озаботились вопросом явки, и "70 на 70" (70% голосов за "национального лидера" при 70% "явившихся") уже не является пределом мечтаний: "ВЦИОМ: Более 80% россиян собираются на президентские выборы". "Центральная избирательная комиссия" с невиданным прежде усердием изображает "объективность" ("Глава ЦИК Элла Памфилова сделала замечание пресс-секретарю главы государства Дмитрию Пескову за агитационное высказывание в пользу одного из кандидатов в президенты", "Первый канал получил постановление Центризбиркома с просьбой отложить показ фильма Оливера Стоуна о Владимире Путине до конца президентских выборов", "Председатель Центризбиркома Элла Памфилова раскритиковала недавнее заявление гендиректора ВЦИОМ Валерия Федорова о том, что в результате президентских выборов «сомневаться не приходится»"), — и, в то же время, с тоже невиданной доселе откровенностью подыгрывает одному из кандидатов (в городах и сёлах от имени "ЦИК" развешаны плакаты "Наша страна, наш президент, наш выбор", - а кто уже 18 лет, с небольшим перерывом, является "нашим президентом", россиянам разъяснять не нужно; напиши "ЦИК" про "наших кандидатов", всё выглядело бы гораздо более прилично, но написали то, что написали). Партия Зюганова, будучи "Главной оппозиционной силой страны", пошла навстречу собственным "низам" и выдвинула кандидатом не Зюганова. Некоторая часть левой общественности, осознав себя как главную оппозиционную силу по отношению к Партии Зюганова, начала "мочить" зюгановское "новое лицо", (потихоньку выводя из-под своей критики саму партию-концлагерь, которую "принципиальным критикам" уже чуть ли не жалко) вознамерившись, в то же время, "организовать альтернативный подсчет голосов и явки", — то есть, тоже поучаствовать в "судьбоносном" событии 18 марта. И так далее и тому подобное, вплоть до "похода Лисицыной".
Из всех этих разнонаправленных (по видимости) движений, из всей сопровождающей их разноголосицы, в итоге, получается "теоретический и практический вывод", что 18 марта нынешнего года — некий судьбоносный день, когда так или иначе "решится судьба страны" (то ли на многие годы, то ли вообще навсегда). Именно к такому выводу все более-менее заметные агитаторы, — и которые "за кандидатов", и которые "за явку", и даже которые "за неявку", — дружно подводят российский народ. Ответ на вопрос, зачем это делается, представляется простым: именно ко дню "президентских выборов", по плану, будут приведены в полную боевую готовность все "правоохранительные" структуры путинского режима. То есть, они в любом случае будут приведены в полную боевую готовность ко дню "выборов", — дабы "обеспечить соблюдение законов и общественное спокойствие во время народного волеизъявления", — и, естественно, антинародному режиму было бы удобнее, чтобы все возможные вспышки народного возмущения были так или иначе "привязаны" ко "дню выборов" ("единые дни голосования", по всей видимости, были введены по той же причине, чтобы полицаи не перенапрягались).
Однако, если вдуматься, не так тут всё просто. Правящая "питерская" шайка, разумеется, не боится "победы оппозиционного кандидата", — её, в случае чего, просто не признают, по телевизору объявят "70 на 70", то же самое нарисуют в "ГАС Выборы", на улицы крупных городов выйдет бронетехника... и, собственно, всё. Ещё меньше она боится "низкой явки", — даже если "70 на 70", по неким причинам, не удастся нарисовать, сколь угодно низкий итоговый показатель просто будет объявлен "среднеевропейским", как обычно. Что же касается возможности народного восстания, то...
Шесть лет назад расклад сил был для "питерских" гораздо более неприятным, чем сейчас. К концу "нулевых" достигли совершеннолетия люди, родившиеся в последние советские (отличавшиеся, ко всему прочему, сравнительно высокой рождаемостью) и первые "постсоветские" годы, — те, у кого советские установки (включая трепетное отношение к целостности витрин) были, по понятным причинам, ослаблены; среди этой молодёжи было достаточно людей, которые хотели смены общественного строя и готовы были действовать ради этого, готовы были применять силу... вспоминать о том, чем кончилась та (настоящая) "Русская весна", очень горько, — но и забывать нельзя; посему напоминаю вкратце. Наиболее сознательных из "постсоветского поколения", — тех, кто мог организовать и возглавить, — заманили в зюгановский концлагерь (не для того ли понадобилась "борьба с семигинщиной"?!) и, в конце концов, втянули в безнадёжную "борьбу за оздоровление КПРФ", из которой те, кому повезло всё это пережить, более-менее выбрались только в 2013 — 2014 годах. В то время, пока наиболее сознательная часть "постсоветского поколения" (включая и лично меня, свою вину за всё случившееся я как признавал, так и признаю) "оздоравливала КПРФ", — наиболее деятельной его части был подсунут (буржуазным телевидением, посредством телепрограммы "Суд времени") политолог Кургинян; воспользовавшись тем, что коммунистам тогда, по существу, предложить народу было нечего, кроме "вступления в левое КПРФ" (об "альтернативе" в виде "Российского объединенного трудового фронта" я тут не говорю, поскольку в своё время сказал о данном "проекте" всё, что считал нужным; упомяну лишь о том, что нарочитое пренебрежение "высокой теорией" в пользу "экономической борьбы" на выходе давало ну совершенно не то, чего хотели деятельные молодые люди, склонные к размышлениям о смысле жизни и сектантству... то есть, даже у "левого крыла КПРФ" был для этой молодёжи какой-то "товар", у "трудовых фронтовиков" же не было никакого), — он создал почти правильную коммунистическую партию (в ячейках которой вдумчиво читали Маркса, Ленина и прочую классику, собирали сведения о происходящем в стране и всерьёз обдумывали их, разрабатывали приёмы практической работы с использованием полученных знаний), но... заточенную на сохранение "Стабильности". Зацепившись за представление о том, что ельцинско-путинское государство является "нашей страной" (у "постсоветской" молодёжи оно было, разумеется, менее выраженным, чем у людей постарше, но тоже присутствовало), Кургинян смог убедить своих поднадзорных в том, что приближающаяся революция будет всем чем угодно, только не настоящей революцией, и эта "оранжевая проказа" может-де "погубить Россию". Добиться успеха Кургиняну помогли хорошее владение техниками психологического воздействия и полный провал коммунистической пропагандистской работы в "лихие девяностые" и "сытые нулевые". Итогом усилий "красного политолога" стало создание партии ленинского типа, надёжно закованной в форму поддерживающей правительство секты.
В общем, когда, в декабре 2011 года, в России народ вышел на улицы, — наиболее сознательная его часть уже была приведена в такое состояние, что не могла выступить в возникшем движении ничем, кроме хвоста, а наиболее деятельная и вовсе оказалась массе недовольных противопоставлена. "Болотная" закономерно была "оседлана" либералами и столь же закономерно кончилась ничем, а через некоторое время был запущен "проект Новороссия", по итогам которого наиболее боеспособные из российских коммунистов либо погибли, либо психологически сломались. Волна, поднимавшаяся в начале десятых годов нынешнего века (не только в России), к сегодняшнему дню "верхами" и их охраной успешно разрезана, остатки организованных сил народа либо разбиты, либо крепко обузданы (если Вам, товарищ Читатель, показалось, что в моих рассуждениях учтён "фактор Навального", то вот Вам про Навального, и про других "либеральных вождей", заодно; а если пожелаете вспомнить о русских националистах, то и я напомню, что боевитых русских националистов в донецкую землю легло в 2014 — 2015 годах не меньше, чем боеспособных коммунистов, а может даже и больше), — и, по всей видимости, сейчас их благополучию ничего не угрожает. Тем не менее, "верхи", как говорилось выше, пребывают в истерике, — и что-то мне подсказывает, что как раз кажущаяся безопасность сложившейся обстановки их и пугает. За 2011 — 2018 годы российские "верхи" разгромили, раздавили и подчинили всё, что виделось им представляющим какую-то угрозу "снизу", и теперь они не видят источников опасности для себя, чувствуют, что, тем не менее, исходящая "снизу" опасность существует и, в добавок ко всему, осознают это своё опасное неведение. И это состояние российских "верхов" всем людям доброй воли неплохо бы взять в расчёт.
